Рынок труда Казахстана живет в противоречии: сотни тысяч безработных продолжают ждать поддержки от государства, тогда как более миллиона рабочих мест остаются незаполненными. Практика показывает, проблема — не в отсутствии возможностей, а в умении превратить их в реальный шанс на достойный доход.
Что происходит на рынке труда?
По данным Министерства труда и социальной защиты населения, число зарегистрированных безработных в органах занятости продолжает расти: в прошлом году их было более 219 тысяч против 191,8 тысячи в 2024‑м и 168,9 тысячи в 2023‑м.
При этом в прошлом году 354 221 казахстанец получил социальные выплаты по случаю потери работы. Средний размер пособия составил 101 297 тенге, а срок его получения — от четырех до шести месяцев. Эти цифры показывают: зависимость от пособий усиливается, даже когда рынок труда предлагает миллион, даже в прямом смысле, возможностей.
— В 2025 году на портале Электронной биржи труда Enbek.kz было опубликовано 1 млн 328 тыс. вакансий и размещено 1 млн 453,8 тыс. резюме. Таким образом, предложение со стороны соискателей превысило заявленный спрос. При этом половина всех вакансий связаны с рабочими профессиям, — сообщает в пресс-службе ведомства.
Наиболее востребованными остаются и специалисты в сфере образования, здравоохранения, промышленности, сельского хозяйства, строительства, транспорта и логистики. Только сектор образования сформировал почти треть всех вакансий, опубликованных в течение года. Таким образом, при формально низком уровне безработицы экономика продолжает испытывать нехватку кадров в социально значимых и прикладных сферах.
— Многие эксперты и социологи сходятся во мнении, что современное иждивенчество в Казахстане и других странах СНГ — это во многом наследие советской системы. Она гарантировала определенный набор социальных благ независимо от реальной эффективности человека. Даже борьба с тунеядством лила воду на мельницу иждивенчества. Когда человеку гарантировано «безбедное существование», у него атрофируется стремление к развитию, — комментирует доктор экономических наук Мейрам Кажыкен.
Активные меры вместо пассивной поддержки
Международный опыт, — как отмечает эксперт, показывает, что борьба с иждивенчеством и мошенничеством наиболее эффективна там, где система не просто «наказывает», а создает условия, при которых работать выгоднее, чем получать пособие.
В Минтруда тоже подчеркивают: ключевой акцент делается на активные меры содействия занятости. Это профессиональное обучение, поддержка предпринимательства и создание субсидируемых рабочих мест.
Профессиональное обучение включает подготовку, переподготовку и повышение квалификации — как в учебных центрах и колледжах, так и непосредственно на рабочем месте по заявке работодателя. Обучение также доступно через Электронную биржу труда по перечню востребованных профессий. Срок курсов — до шести месяцев, в зависимости от специфики навыков. Отдельное направление — поддержка предпринимательской инициативы через проект «Бастау Бизнес».
— Одной из основных задач проекта «Бастау Бизнес» является вовлечение в экономические процессы безработное и непродуктивно самозанятое население, имеющие потенциал к занятию предпринимательством, расширение экономического потенциала начинающих предпринимателей через обучение основам предпринимательства. Обучение основам предпринимательства по проекту «Бастау Бизнес» осуществляется в онлайн режиме на портале Электронной биржи труда. Продолжительность обучения составляет не более 14 календарных дней и проводится на безвозмездной основе в индивидуальном порядке, путем самостоятельного освоения учебных материалов, — отметили в пресс-службе.
По итогам курса представители социально-уязвимых групп могут получить гранты на запуск собственного дела в размере до 400 МРП — свыше 1,5 млн тенге. На них разрешается приобрести инвентарь, орудия труда, технологическое оборудование, животных, скота, птиц, саженцы и так далее.
Кроме того, действуют шесть видов субсидируемых рабочих мест: общественные и социальные работы, молодежная практика, проекты «Первое рабочее место», «Контракт поколений» и «Серебряный возраст». Заработная плата участников таких программ частично или полностью субсидируется государством.
Это дало мне уверенность и профессию
История Айданы Нартай — наглядный пример того, как государственные программы работают на практике. Не имея профессионального образования и находясь в поиске работы, она узнала о возможностях Центра занятости и решила пройти бесплатное обучение.
— Мне хотелось получить востребованную профессию и зарабатывать самостоятельно. Я увидела информацию о государственных программах и записалась на курс кондитера-пекаря, — рассказывает Айдана.
Обучение оказалось насыщенным и практикоориентированным: теория сочеталась с реальной работой, изучением технологий и санитарных норм. По ее словам, особенно важно было то, что полученные навыки можно было применять сразу после окончания курса.
— Этот курс дал мне не только знания, но и уверенность в себе. Я поняла, что могу развиваться в этой профессии дальше. Такие программы очень важны — не у всех есть возможность оплатить обучение самостоятельно, — отмечает она.
Сегодня Айдана работает по новой специальности и считает, что подобные меры полезны не только для конкретных людей, но и для экономики в целом — они повышают занятость и профессиональный уровень населения.
Эксперты и сами участники программ сходятся в одном: проблема иждивенческих настроений в обществе существует, однако государство постепенно смещает акцент с пассивной поддержки на активные инструменты — обучение, переквалификацию и вовлечение в трудовую деятельность. Пример Айданы показывает, что эти механизмы действительно работают, если ими пользоваться.
Источник: inform.kz
