«Вы видите гуляющих колясочников на улицах городов? Я – нет», – рассказывает Асия из Караганды. По ее словам, несмотря на то что из года в год в Казахстане увеличивается количество людей с инвалидностью, их проблемы остаются нерешенными многие годы. По официальным данным в Казахстане проживают более 730 тысяч лиц с инвалидностью.
Фото: toppress.kz
Истории людей, чья жизнь ограничивается четырьмя стенами квартир.
«Я стою в очереди на жилье от государства уже больше десяти лет. Но за всё это время государство не предложило мне ни квартиры, ни временного жилья, ни даже надежды на то, что что-то изменится. Вместо этого мне предлагают взять ипотеку в «Отбасы банке». Как будто кто-то на коляске, живущий на пособие, может выплачивать проценты по займу. Это и есть ваше социально ориентированное государство? Это и есть равные возможности?», – рассказывает Алмаз Ержан, человек с инвалидностью первой группы, общественник, эксперт по инклюзии и ESG, член Совета по вопросам инклюзии при Сенате Парламента.
По его словам, в Казахстане десятки тысяч людей с инвалидностью годами ждут положенное по закону жилье. И теперь человек, нуждающийся в социальной защите, оказывается перед выбором: либо кредит, либо ничего. Такая политика противоречит не только логике, но и Конституции, и международной Конвенции по правам людей с инвалидностью, которую Казахстан ратифицировал. Но жилье, по словам Алмаза, лишь вершина айсберга. Еще более остро стоит вопрос самой инвалидности
«Чтобы получить или подтвердить группу, людям приходится проходить через многочисленные комиссии, справки, а иногда и суды. Медико-социальная экспертиза часто присваивает заниженную группу, и человек остается с минимальным пособием и без права на помощь. Некоторые годами живут с третьей группой, хотя по состоянию здоровья им положена вторая. Кто-то добивается справедливости с юристами и через суд, кто-то опускает руки», – отмечает общественник.
Одной из самых болезненных тем остается вопрос трудоустройства. В Казахстане формально действует квота, от 2 до 4 процентов сотрудников в каждой организации должны составлять люди с инвалидностью. Алмаз Ержан отмечает, что фактически условия не исполняются. Алмаз приводит примеры крупнейших национальные холдинги, а также министерств и квазигосударственных фондов.
«Можно просто зайти на их сайты и посмотреть, есть ли в штате сотрудники с инвалидностью? Есть ли адаптированные рабочие места? Ответ очевиден. Даже фонды, которые финансируют социальные проекты, не соблюдают квоты. Хотя именно они должны были бы быть примером. В итоге на сайтах публикуются красивые слова о социальной ответственности, ESG-отчетности, устойчивом развитии. А на практике же «галочка» ради очередного отчета», – отметил он.
Алмаз вспоминает, что раньше при министрах и акимах были советники с инвалидностью. Они помогали понимать реальные потребности людей, жили теми же проблемами, что и простые граждане. Сегодня этих должностей нет, ни в министерствах, ни в акиматах.
«Они решили сэкономить именно на нас. На людях чья экспертиза могла бы предупредить ошибки, кто живет этими проблемами каждый день. На фоне миллиардных расходов на программы и госаппараты не нашлось средств на зарплату одному советнику с инвалидностью? Это просто нонсенс», – говорит Алмаз.
По его словам, даже премьер-министр до сих пор не назначил такого человека при себе. Хотя это был бы логичный и показательный шаг, если правительство действительно хочет решать вопросы инклюзии.
Алмаз Ержан неоднократно поднимал вопрос о том, что в Казахстане до сих пор нет омбудсмена по правам людей с инвалидностью. Есть по правам детей, по правам женщин. Но нет по правам одной из самых уязвимых и многочисленных социальных групп. По официальной статистике, в стране более 730 тысяч инвалидов, но неофициально – почти вдвое больше.
Общественник заявил, что уже неоднократно обращался, писал об этих проблемах, предлагает пути решения. Но, к сожалению, так и не дождался ни ответов, ни обратной связи.
«Дом, из которого не выйти»
«Каждый раз, когда я хочу выйти из дома, мне нужно просить помощи. Один человек открывает дверь, другой – помогает на пандусе. Иногда я просто сижу и жду, пока кто-нибудь из соседей пройдет мимо. Потому что даже выйти на улицу для меня уже подвиг», – рассказывает Асия (имя изменено по просьбе героини, прим. автора), инвалид I группы из Караганды.
Асии 39 лет. Уже девятый год она передвигается на инвалидной коляске после тяжелой травмы позвоночника. Живет на первом этаже обычной пятиэтажки в спальном районе Караганды. Несмотря на этот факт, выход из дома для нее целый квест.
«Пандус во дворе имеется. Его установили несколько лет назад после многочисленных моих и соседских просьб. Но, угол наклона слишком крутой, по нему сложно съезжать без риска перевернуться. Нет поручней, за которые можно было бы удержаться. Зимой он превращается в ледяную горку, так как коммунальщики его не чистят. Один раз я чуть не вылетела с пандуса на дорогу. Хорошо, сосед подхватил. С тех пор я боюсь съезжать сама. Это почти как русская рулетка», — говорит Асия.
Также по словам женщины любой выход из дома занимает определенную процедуру подготовки. К примеру, за несколько часов ей нельзя не пить и не есть, так как сложно будет найти туалет, оборудованный для лиц с инвалидностью.
«Даже обычная прогулка на улице требует подготовки. Я, к примеру, не пью никакую жидкость за несколько часов до выхода. Если предстоит поездка или более долгая прогулка, то приходиться надевать подгузник для взрослых. Также не ем тяжелую пищу в этот день, потому что желудок может тоже устроить сюрприз», – делится она.
За последние три месяца Асия выходила на улицу восемь раз: в больницу, в магазин, и во двор. И все это в сопровождении. В остальное же время женщина вынуждена находиться дома.
Но не только эта проблема беспокоит Асию. По ее словам, на государственного пособия не хватает даже на базовую корзину продуктов.
«Пособие для лиц с инвалидностью I группы увеличилось до 101 702 тенге. Но, по существу, этой суммы недостаточно даже для закупа продуктов на месяц. И то, это без учета мяса, не говоря о рыбе или каких-то деликатесов. А еще необходимы лекарства, услуги реабилитации, сиделка. Это мне еще повезло, что имеется родительская квартира, в которой я проживаю. Я понимаю, что мои проблемы – это только мои проблемы. Мне бы хотелось зарабатывать, нормально питаться, в конце концов жить, а не выживать. Но, к сожалению, с инвалидностью очень сложно устроиться на работу. И таким как я приходиться ждать из месяца в месяц пособие, и надеется на помощь родственников», – резюмировала Асия.
Отметим, что по данным Министерства труда и социальной защиты, в 2025 году пособие для лиц с инвалидностью I группы увеличилось с 95 496 до 101 702 тенге, II группы – с 76 397 до 81 362 тенге, III группы – с 52 089 до 55 474 тенге.
Быть человеком с инвалидностью в Казахстане – это про жизнь, в которой каждое действие требует усилий: выйти из дома, попасть в больницу, купить лекарства, устроиться на работу, получить причитающуюся помощь. Большинство городов, учреждений и даже законов по-прежнему не ориентированы на человека с особыми потребностями. Государственная помощь ограничена и часто недоступна вовремя, инфраструктура же формальная, а общество все еще смотрит на инвалидность с жалостью или отстранением. Проблема не только в отсутствии пандуса, но в и том, что слишком многое в этой системе устроено так, как будто людей с инвалидностью не существует. И пока это не изменится, ни одно «слышащее государство», ни одна стратегия инклюзии не будут работать по-настоящему.
Источник: www.toppress.kz
